"То, что внушением тебе открыли Мы из этой Книги, есть истина, что подтверждает истинность того, что до нее ниспослано (другим пророкам). Аллах - касательно служителей Своих - поистине, все знает и все видит" (Фатыр, 35/31).

"И не вверяется тебе ничто, что до тебя другим  пророкам не вверялось" (Фуссилат, 41/ 43).

Первыми, к кому обратился Ислам и воззвал Пророк,  были многобожники Мекки. Позднее они столкнулись с христианами и иудеями, которые известны под собирательным понятием "Ахл-аль-Китаб", т.е. "обладатели Писания". В действительности, очень трудно вести речь о каком-либо общем знаменателе между исламским учением и культурным состоянием тогдашних многобожников в плоскости нравственных норм.

Между тем, какие бы искажения, изменения и подмены не претерпели христианство и иудаизм с течением времени, все же они, будучи религиями, основанными на откровении, имеют в себе много общих с Исламом ценностей. Очень много раз Коран, демонстрируя симпатию, приглашал обратить внимание на этот общий знаменатель и моменты соответствия, говорил с ними и приглашал их к переосмыслению.

Очень важным подтверждением и доказательством этих моментов соответствия является диалог, который произошел между Джафар-и Таййаром и королем Эфиопии Негусом. В глазах мусульман, живших в самые первые годы Исламского призыва, Негус выглядел необычайно уважаемой персоной, и о нем добрым словом и одобрением отзывался сам Пророк. В ответ на информацию, которую ему поведали мусульмане, Негус указал на линию, начерченную им на земле тростью, и сказал: "Лишь такова разница между нами и вами". Он проявил по отношению к этим людям, нашедшим у него политическое убежище, большую заинтересованность и уважение.

И если существовали такие точки соприкосновения с Обладателями Писания, то с многобожниками не было ничего общего в том, что касается права на жизнь, которое в общем значении является универсальным правом. Известно, что Ислам оказал серьезнейшее противодействие убийству новорожденных девочек посредством закапывания их в землю живьем.